Мужчина и его женщина. Часть 4. Награда

  1. Мужчина и его женщина. Часть 1: Свод правил для женщины от её хозяина
  2. Мужчина и его женщина. Часть 2: Провинности и наказание
  3. Мужчина и его женщина. Часть 3: История хозяйки
  4. Мужчина и его женщина. Часть 4. Награда

Страница: 1 из 3

— Хорошая история, она порадовала и возбудила меня.

— Чему же вы хмуритесь, мой господин?

— Ганс... Зачем ты позволила ему бежать? Он разнесёт по городам и весям новости о нашей интимной жизни и твоей блядской натуре.

Моя женщина лукаво улыбнулась, в глазах её заплясали чёртики:

— Помните, Хозяин, я поцарапала ему коготками грудь? Лак мой пропитан ядом. Ганс умер в муках, едва вышел за ограду усадьбы. Надо, кстати, сказать, чтоб убрали тело.

— А остальные? Они же всё видели!

Она задумалась, присев попочкой на пятки и сломав тем самым красивую коленопреклонённую позу. Запомним.

— М-м... Я могу собрать их перед сном и приказать целовать мои пальцы.

— Это означает, что мне придётся набирать новый штат слуг... Чтож, репутация важнее. Сделай как сказала. А сама, — я ударил мою женщину по лицу лопаточкой стека, она вскрикнула, прижала к пламенеющей щеке ладошку и вскинула на меня увлажнившиеся глаза, — сама впредь не смей так расслабляться! Лучше потерпи, пока бегают за кнутами. Один я имею право унижать тебя! — ударил её стеком по другой щеке. — Как стоишь перед хозяином?!

Она вскрикнула и тут же выпрямилась на коленях, устремив на меня влюблённый, пылающий взгляд.

— Кто разрешил в глаза смотреть? — я ударил её открытой ладонью, удар пришёлся по закрытой рукой щеке. — Руку опустила, быстро!

Моя женщина послушно убрала руки за спину, вновь красиво выпятив обалденные титьки. Несколько секунд я с наслаждением хлестал её по щекам. Потом сказал:

— В своём рассказе ты четырежды! назвала свои титьки «грудями». Ты заслужила двадцать ударов по сисяндрам. Но, учитывая, что я поначалу увлёкся, те лишние десять я засчитаю. Я справедлив.

— Спасибо, господин, — моя женщина обняла грудь ладошками и протянула мне. Я с удовольствием и оттяжечкой принялся их шлёпать. Она вскрикивала и считала, считала правильно, и в результате раскрасневшиеся сиськи колыхнулись под стеком двадцать пять раз. Как и полагается, поблагодарила поцелуем наказавшую руку. Растроганный, я притянул её к себе, принял сиськи из её ладоней в свои и нежно расцеловал каждый сантиметрик раскрасневшейся, горячей, нежной их плоти, унимая боль. Моя женщина тем временем ласково перебирала мои волосы.

— Очень хочу наказать твою пиздёшку, — признался я, глядя в сиськи, — но не за что. Ты совершенна.

— Мой господин позволит? — возбуждённо вскинулась она.

Я кивнул. Моя женщина поднялась, отвела и подняла ногу, поставила её, согнутую в колене, на диван, завела себе между ног косметическое зеркальце и стала придирчиво разглядывать пизду, теребя пальчиками губки.

— Вот! — наконец радостно сказала она. — Волосок! Я недостаточно тщательно выбрита, мой господин.

Я благосклонно кивнул:

— Увы, неряха, готовь пизду для наказания.

Моя женщина легла на диван на спину, подняла и широко развела выпрямленные ноги, открыв моим глазам пухлую пиздёшку, большие половые губы почти полностью скрывали малые и, после сегодняшней ебли, выглядели измятыми.

С удовольствием припечатывая их лопаточкой стека, я начал экзекуцию. Губки распластывались под лопаточкой, а потом тянулись следом, будто целуя, будто им нравились удары. А судя по сладострастным стонам моей женщины, так оно и было.

— Возьми меня! — стонала она и извивалась, придерживая руками в ажурной паутине перчаток задранные и разведённые ноги в чёрных чулках и чёрных же стриптизёрских туфлях. — Господин мой, возьми меня!

Рукой было не дотянуться, и я отвесил пощёчину стеком:

— На «Вы» обращаться! Забываешься!

— Простите, хозяин! Я так вас желаю! Пожалуйста, прошу вас, выебите меня.

Я с сомнением посмотрел на верёвочку, косо свисавшую на бедро из её пизды. Она сначала пряталась между губок, но от ударов вылезла наружу. Мне очень хотелось залупить головку и медленно вдавить её в эти мятые, распухшие от шлепков губки, продавить их, почувствовать кончиком члена влажность, проникнуть сквозь плотное колечко вагины, погрузиться всей длиной члена во влажное, тёплое, нежное, обволакивающее, ввести член по самые яйца, чтоб плотная, скользкая, округлая шейка матки скользнула по головке на ствол пениса, а сама головка вжалась бы в заднюю стенку и чуть загнулась, потом вывести на половину обратно, чувствуя, как склизко лепятся к хую, не желая его выпускать, все лепестки женской плоти, и вставить вновь, и туда-обратно, наращивая темп, и всё целиком тело моей женщины будет изнывать и извиваться подо мной, и я придавлю её своим весом, ощутив грудью прохладные от моей слюны, нежно-упругие сиськи, и почувствую, как подступает, и стану с трудом сдерживаться...

М-да... В штанах всё дымилось, распирало и набухало. Но...

— Ты так сильно меня хочешь? — спросил с прохладцей.

— Да, мой господин! Прошу вас, возьмите свою женщину.

Я отступил к креслу и сел на край.

— А я вот тебя не очень-то хочу. Устал сегодня. Так что ты с пенисом договаривайся. Понравишься ему, так и быть, воспользуешься.

И огромным усилием воли попытался смирить эрекцию.

Моя женщина смешно вытаращилась на меня удивлёнными голубыми глазами — между раздвинутых ног и над огромными сиськами. Потом лицо её стало по-детски жалостливым и, скатившись на пол, она поползла ко мне, расстегнула фрак, лепеча что-то нежное и игривое, расстегнула ремень, распустила ширинку, вытащила наружу член, принявший боевое положение в её тонких пальцах, оплетённых чёрной паутинкой перчаток. Увидев эрекцию, расслабилась и лукаво блеснула на меня глазищами из-под золотой чёлки. Продолжая неторопливо подрачивать — отблески свечей играли на её сексуальном французском маникюре — и глядя мне в глаза, она медленно облизнула блестящие, жирные от помады, тёмно-тёмно-красные губы, потянулась ими к головке, размыкая, и стала видна их влажная розовая изнаночка... С блаженным стоном, влажно окутала губами полголовки, опустила ресницы, наделась на член, с поворотом головы снялась с него — чмокнула, выскочившая наружу головка моего пениса, от неё к полной нижней губе протянулась и оборвалась жемчужная ниточка слюны. Пощекотала языком головку, уздечку, вновь со сладострастным вздохом наползла на член губами, снялась, наклонилась — волосы золотой волной стекли на обнажённое плечо — и стала медленно возить по стволу сомкнутыми, выпяченными губами, прижимая к ним член раскрытой ладошкой. Ноготки другой её руки игриво и очень приятно щекотали мне промежность, постепенно спускаясь к анусу, и вот уже пальчик её лёгкими круговыми движениями ласкает вход в мой зад. Очень приятно, только бы не вздумала — внутрь.

— У тебя слишком вольные руки, — прошептал я сквозь возбуждение.

Отстранил её, поднялся, взял тонкие кандалы на длинной цепочке и сковал моей женщине запястья. Пока я защёлкивал крошечные висячие замочки, она преданно смотрела мне в глаза и облизывала припухшие, натруженные губы.

Скованными ладошками она взяла мой член и стала поглаживать его, синхронно гладя пальцами по его сторонам, потом наклонилась и пощекотала дырочку в головке быстрыми, упругими движениями языка. Смачно поцеловала кончик члена, начала играть язычком с уздечкой. Не отпуская моего взгляда, медленно потекла языком по стволу вниз. Одна её скованная рука обхватила мой член (пальцы едва сошлись, такой он толстый), пальцы другой зарылись в волосы на моём животе — насколько хватило цепочки. Полные, густонакрашенные губы присосались к мошонке, влажный, острый язычок забегал по поджавшимся, покрывшимся пупырышками яичкам. Рука её продолжала подрачивать мой член,. Прямо под стволом с набухшими венами оказалось её изумительно красивое лицо. А потом скользнуло ниже, на виду осталась лишь роскошная чёлка и полуприкрытые густыми, длиннейшими ресницами глаза. Моя женщина целовала и лизала мне промежность, изумительные ощущения. Я гладил её золотые волосы. И она скользнула ещё ниже — глаза пропали из вида, остались только локоны, струящиеся сквозь мои пальцы. Я почувствовал ...

 Читать дальше →
Показать комментарии

Последние рассказы автора

наверх